Katerina Kovaleva (kovaleva) wrote,
Katerina Kovaleva
kovaleva

Лексикографическое

На постнауке лежит материал о проявлении идеологии в словарях, но на самом деле про идеологию там немного, а больше про объективные лексикографические сложности. В материале нет какого-то серьезного анализа, а скорее галопом по Европам, но надо сказать, что почти все обозначенные проблемы до сих пор имеют место.

Идеология. Да, есть. За послеперестроечное время все цитаты из Ленина вычистили из новых изданий словарей, и это было не так трудно, потому что его туда и вставляли без души. Но все яростно советские контексты так просто не уберешь, а надо бы, потому что новое поколение уже не понимает, о чем это.

Оценочность. Да, это проблема. Хотя мы с папой всегда старались подбирать эмоционально нейтральные контексты. Даже при наличии современных языковых массивов хорошей фразы может не найтись. Писатели, знаете ли, не думали о том, что нам понадобятся нейтральные контексты по всем пунктам.

Скорость подготовки словаря. Да, опаздываем. Раньше опаздывали больше, сейчас все сильно ускорилось, но все равно недостаточно. Слишком мало людей занято в этом секторе, лексикография – это занятие для маньяков, поэтому безнадежно отстаем от английской лексикографии. В ближайшие 100 лет разрыв не сократить, даже если бежать. А если лежать, то и подавно.

Претензию автора насчет словаря, не отражающего язык, я не поняла. Чей язык? Каждый социальный слой говорит на чем-то своем, Большой академический словарь должен бы отражать общий объем. И этот объем будет слегка ничей. Хотя зачем, например, им понадобилось слово «матросня» я тоже не совсем понимаю.

Но помимо перечисленного есть еще и не обозначенные проблемы.

Литературоцентричность. В нашей лексикографии принято ставить в словарь только контексты из художественной литературы и публицистики. Еще раньше было требование, чтобы они были обязательно опубликованы на бумаге, сейчас это требование немного ослабло. Это значит, что нужно убиться, но найти нужный контекст на каждое нужное слово.

Ползучая гендерная толерантность. Везде, где в дефинициях раньше спокойно стоял мужской род, теперь нужно обозначать, что там может быть и женский, если речь идет о человеке. Ну т.е. его/ее, он/она и пр. Я вроде должна быть в силу пола заинтересованным лицом, но поправить это на всем объеме – это же рехнуться можно. Считаю, что лучше не надо. Не вижу ничего для нас обидного, если мужской пол используется для всех.

Необходимость регулярно обновлять контексты. Контексты XIX века приходится из словарей постепенно вычищать. Они и морально устаревают, и синтаксически.

Длина контекста. Фразы должны быть достаточно компактные. Или сами по себе, или чтобы можно было порезать, иначе объем словаря может выйти из-под контроля. Конечно, невозможно ждать от писателей, что они нам сейчас напишут подходящей длины контекстов. Литература вообще не про это.

Нехватка баз текстов. Да, есть Нацкорп, но я его давно не видела, не знаю, так ли он хорош, как о нем говорят создатели. Допустим, хорош. Но другие, ранее существовавшие источники с хорошими текстами и возможностью сквозного поиска, которыми было удобно пользоваться, по очереди скончались. Вообще как-то хочется иметь выбор. Некоторые авторы с горя ставят контексты из переводных текстов, но это уже совсем неприлично.

Ну и, конечно, нет людей. Но это везде, про это даже писать неинтересно. Только плакать. Переводные словари стали значительно лучше, но большого тезауруса у нас нет. И еще много чего нет.
Tags: язык
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments